Оба Бурковы, оба капитаны и жили в одном доме на проспекте Ленина. В Мурманске случилось удивительное соседство, за которым стоят интересные семейные истории.
В мир чёрно-белых фотографий и воспоминаний погрузился «АиФ–Мурманск».
Потомки поморов
Памятник Валентину Пикулю, старейшая школа Мурманска, областная стоматология — всё это можно найти на улице Буркова, а когда-то здесь были знаменитый парк аттракционов с колесом обозрения и кладбище интервентов. Своё название улица получила в 1965 году в честь капитана Константина Лаврентьевича Буркова.
Его дочь много лет жила в столице Кольского Заполярья, в одном из знаменитых капитанских домов на проспекте Ленина. А через пару подъездов от неё находится квартира других Бурковых. В этой семье тоже два капитана, и их потомки общаются. Но родственники ли они?
«Когда мы вернулись в Мурманск (Диана родилась в столице Кольского Заполярья, но с двух до пяти лет жила с родителями в Херсоне. — Прим. ред.) и я узнала, что здесь есть улица Буркова, то очень обрадовалась. Родители сразу мне рассказали, что она названа не в честь нашей семьи. Но в школе ребята, конечно, спрашивали, и я иногда шутила, что да, это про нас», — улыбается внучка и правнучка мурманских капитанов Диана Буркова.
Удивительно, но её прадед Дмитрий Афанасьевич и Константин Лаврентьевич, в честь которого и названа улица, родились в селе Патракеевка Архангельской области, но официально родственниками друг другу не приходятся. Как объясняет Диана, держа в руках схему своего генеалогического древа от 1790 года, в селе было много Бурковых, не связанных по крови. Но зато их, поморов, объединяла огромная любовь к морю. Почти каждый мужчина в селе умел управлять судном и рыбачить, поэтому Патракеевка подарила миру много мореходов и сразу несколько прославленных капитанов.
Константин Лаврентьевич оказался на Севере в 1939 году, когда началась Советско-финская война. Дмитрий Афанасьевич — примерно в те же годы. Великая Отечественная свела двух капитанов на Северном флоте. Уже на четвёртый день после нападения врага Константин Бурков поднялся на командирский мостик ТЩ-38, бывшего рыболовного траулера «Киров». А Дмитрий Бурков работал на рыболовных судах, обеспечивал в годы войны их проводку и трудился на добыче рыбы, после — на зверобойной шхуне: несмотря на массовые авианалёты и голод, Мурманск кормил всю страну, потому останавливать промысел было нельзя.
У Дмитрия Афанасьевича было трое сыновей: Герман, Олег и Дмитрий. Герман Дмитриевич пошёл по стопам отца, выучился в мореходке Архангельска, а потом прошёл путь от матроса в Мурманском морском пароходстве до капитана на судне «Мста».
В карьере Германа Буркова есть много интересного: походы на теплоходе «Серенга» на Шпицберген, необычная доставка грузов (в семейном фотоальбоме есть снимок, как на полярную станцию с судна выгружают свиней). Сначала семья жила в одном капитанском доме — на проспекте Ленина, 72, а затем переехала в здание-близнец напротив — в дом № 70, где почти с начала постройки жили другие Бурковы. Диана знает их не только как соседей: внучка Константина Лаврентьевича Галина Нидзиева преподавала математику в её родной школе № 36.
«Я проплакала несколько дней»
Герман Дмитриевич вместе с женой успел пожить три года в Канаде, где он получил должность официального представителя советской компании. Вернувшись из Монреаля в 1971 году, почти сразу переехал в столицу СССР по назначению, чтобы стать главным государственным инспектором администрации Севморпути.
«Я бы вряд ли принял это предложение и променял Мурманск на Москву, но жене был противопоказан северный климат. Подобрался прекрасный коллектив: почти все — капитаны дальнего плавания», — пишет Герман Дмитриевич в мемуарах.
Детей он тоже забрал из ленинградских вузов в столичные. Сын, папа Дианы, кстати, морскую династию продолжать не стал. Сходив однажды на судне, понял, что в море его не тянет, и стал нефтяником. Сама Диана говорит, что когда оказывается у Белого моря, то чувствует, что это её, родное.
Девушка призналась, что в дедушке до последнего кипела энергия. Из ярких воспоминаний — образцы морских узлов на балконе в Москве, постоянные встречи и высокопоставленные приёмы. Даже на пенсии он не хотел быть в стороне от дел, став одним из руководителей Русского географического общества и помощником известного полярника и депутата Госдумы Артура Чилингарова.
Германа Дмитриевича не стало в 2014 году, похороны прошли в Москве. Во время прощания прозвучала идея выступить с предложением, чтобы в его честь назвали остров или пролив в Арктике. Однако пока она не нашла воплощения. На улице в честь Константина Буркова установлена мемориальная доска, а вот единственное упоминание о его соседе-однофамильце было на одном из стендов в Мурманском областном краеведческом музее.
Сейчас крона семейного древа Дианы стала менее раскидистой. Среди известных ей родственников нет мужчин, которые могли бы не дать фамилии забыться, поэтому ещё в детстве она приняла смелое решение.
«Когда мне было семь лет, дедушка подарил папе на день рождения книгу. Она начинается со слов "Сергей! Помни, что ты потомок поморов-моряков, рыбаков, первопроходцев... Очень жаль, что у тебя нет сына и некому будет передать традиции рода Бурковых-Железниковых". Я проплакала несколько дней и решила, что если выйду замуж, то не буду менять фамилию. Мне повезло: муж меня понял. Он не из Мурманска и о вкладе моих родственников не знал, но бережно относится к истории нашей семьи», — призналась «АиФ–Мурманск» Диана Буркова.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
