97

«Замужем за Средним и Рыбачьим». Работа поисковиков напоминает археологию

АиФ на Мурмане № 4 22/01/2020

«Мы себя считаем ангелами памяти, особенно когда работаем над установкой именных плит в местах захоронения солдат. Это какая-то особенная миссия – возвращать из небытия героев. Люди в шутку говорят, что я замужем за Средним и Рыбачьим, потому что, впервые увидев красоты этих полуостровов, я больше не смогла оттуда уйти», – призналась в беседе с «АиФ на Мурмане» командир поискового до­бровольческого отряда «Патриоты – наследники Победы» Татьяна ВЯЛАЯ.

Хулиганили от безделья

Анна Кузнецова: – Татьяна, расскажите, как вы пришли в добровольчество?

Татьяна Вялая: – Я застала перио­д застоя и распада комсомольского движения. Несмотря на то что существование молодёжной организации подходило к завершению, активные ребята никуда не делись. Работали трудовые бригады, стройотряды, колхозы и совхозы. И нас, студентов, освобождали от учёбы и отправляли на сборы урожая.

Работа в колхозах – отдельная жизнь. Трудовые бригады – лучшая наука взаимодействия с людьми: бесконечные новые друзья, командная работа, вечера без телевизоров. Мы с удовольствием помогали местному населению, которое обращалось к нам с различными просьбами: порубить дрова, помочь с огородом, за хлебом в магазин сходить. А в благодарность получали то пирожки, то тарелку горячего борща.

Досье
Татьяна Вялая. Родилась 9 июня 1975 года. Окончила педучилище им. В. Ф. Бадюлина в Торжке, затем Мурманский педагогический университет. Имеет множество достижений. В 2012 году стала победителем молодёжной премии «Признание года», с 2012-го по 2018-й – победитель в номинации «Лучший проект». В 2018 году стала победителем регионального конкурса «Доброволец года» в номинации «Организатор добровольцества». Работает учителем в оленегорской школе-интернате.

Яркими воспоминаниями той беззаботной поры стали наши вечера у костра, а рядом – жители деревень, дети и старики, с которыми сам собой завязывался разговор. Часто говорили о войне. Мы могли сказать, что у нас, например, от сбора урожая мозоли. А они смеялись: «Разве это мозоли?» И рассказывали, какие мозоли были у женщин на войне. Какой был сложный труд, особенно для сотрудниц банно-прачечных отрядов. Стирали вручную телогрейки, гимнастёрки. Вспоминали тяжёлые времена, когда перевязочный материал был в дефиците: кипятили и выбеливали уже отработанный и пускали в новый оборот. Одежду раненых нужно было тщательно отстирывать и обеззаразить – от этого руки выедало до крови. Много было таких рассказов.

Тогда, будучи молодой девушкой, я ещё не знала, что через какое-то время люди доброй воли будут называться волонтёрами и это станет большой частью моей жизни. Так что волонтёр я со студенчества, а иногда кажется, с самого рождения.

Фото: Из личного архива

– Когда вы переехали на Север?

– В Оленегорск приехала сразу после студенчества, в 19 лет, и начала работать в клубе по месту жительства. Моими подопечными оказались молодые люди в возрасте от 14 до 18 лет, в основном трудные подростки – мальчишки, которые хулиганили. На самом деле ребята были очень классные, просто не знали, куда себя деть. Я была тренером-преподавателем по подготовке допризывной молодёжи к службе в армии. Всё основное время использовалось для совершенствования физической подготовки, а после тренировок я помогала им с домашними заданиями. Потом стали вместе ходить в походы, у костра чаще всего не просто сидели, а читали книги о войне. Проводя в лесу тренировки и делая полевые выходы, мы убирали мусор за туристами. Дружная была команда. В работе и на тренировках показывали упорство, помогали друг другу, всегда были отзывчивы на любые просьбы и брались за любую дополнительную работу. Хотя на многих из этих мальчишек уже крестик ставили: они стояли на учёте в милиции или вообще были условно осуждённые. Сегодня многие из них выросли достойными людьми: работают, имеют семьи, кто-то занимает руководящую должность.

Во время работы в молодёжном центре «Полярная звезда» мне предложили сводить ребят в недельную экспедицию «Рубежи славы» на полуострова Средний и Рыбачий. Мы должны были пройти по маршрутам воинской славы, прожить восемь дней в местах, где проходили боевые действия, навести порядок у воинских захоронений. Экспедицию возглавлял поисковик, энтузиаст, краевед, писатель Михаил Орешета. Его рассказы о войне, исторические факты, которыми он владел до мельчайших деталей, рассказы о том, как поисковое братство возвращает из небытия солдат, окончательно перевернули моё сознание! Тогда я поняла: это дело моей жизни. Вернувшись домой, решила создать в Оленегорске команду, которая занималась бы сохранением памяти. В 2003 году мы смело заявили о себе как о добровольческой организации.

Собиратели истории

– Расскажите о вашей работе по восстановлению воинских захоронений. Это похоже на археологию?

– В поисковом движении очень много направлений. Первое и самое главное – работа в архивах. Там поисковики приходят к выводу: многие страницы истории войны надо переписывать, а если сказать точнее, писать их надо с чистого листа. К сожалению, некоторые документы периода Второй мировой войны отсутствуют, поэтому все поисковые экспедиции на местах боёв – это погружение в своеобразный архив полевых работ. И вот здесь каждый выбирает своё направление. Это может быть поиск солдат, который ведётся с помощью специального оборудования и снаряжения, или восстановление и благоустройство воинских захоронений (чем мы и занимаемся).

Полевая жизнь закаляет характер, люди могут полноценно проявить свои морально-волевые качества, дисциплинированность, физическую подготовку. В полевые летние экспедиции по благоустройству и восстановлению воинских захоронений мы отправляемся командой: это в хорошем смысле чокнутые люди. Наша работа действительно похожа на интересное археологическое исследование, здесь вам представится возможность покопать, просеять песок, помесить цемент, камни по размеру поискать, научиться делать каменную кладку, песочную отсыпку. Такую работу могут делать и подростки. В нашей команде люди разных профессий: военные, учителя, художники, фотографы, дизайнеры, музыканты – люди с эстетическим восприятием действительности, и, приходя к воинскому захоронению, мы вместе думаем, как от него оставить максимум того, что делали предыдущие художники, а также как его обновить, внести современные коррективы. Это затягивает. Работы очень много каждый год, ведь Кольский полуостров суров, даже гранит не вечен под воздействием солёного воздуха, сильного ветра и снега. Поэтому мы возвращаемся в места, над которыми дер­жим шефство, не реже чем раз в три – четыре года.

«Работы очень много каждый год, ведь Кольский полуостров суров, даже гранит не вечен под воздействием солёного воздуха, сильного ветра и снега. Поэтому мы возвращаемся в места, над которыми дер­жим шефство, не реже чем раз в три – четыре года».

– Сколько человек участвует в экспедициях?

– Летние экспедиции всегда сложно организовать: люди должны отказаться от отпуска и поехать на «доброработу», лишив себя комфорта. По началу все хотят в поход, всех привлекает романтика палаточной жизни, ночных костров и возможность увидеть новые места. Мы не удивляемся, когда читаем в предварительных анкетах, что летняя экспедиция – это возможность попутешествовать и провести время вдалеке от дома. Но это только сначала. А потом выясняется, что экспедиция – это чёткий график работ, жизнь по времени плюс ещё быт лагеря. Чаще всего люди не готовы, а если ещё дожди, ветер, комары? Поэтому в экспедиции особенно не затащить. Кроме того, поверьте, это недешёвое хобби. Зачастую в экспедицию отправляется костяк матёрых поисковиков, человек пять-шесть, которые устанавливают лагерь, готовят объект, а потом приезжают туристы – так мы ласково называем оперативную бригаду выходного дня. Всего в экспедиции принимает участие до 15 человек, и все вместе они, как правило, не собираются. За лето мы проводим от четырёх до шести экспедиций разной продолжительности.

– Вы приглашаете к себе новых людей?

– В своё время я серьёзно занималась вовлечением подростков, детей, молодёжи в отряд, но практика показала: общество и государство не всегда готовы поддерживать наши инициативы. Честно могу сказать, нашему отряду уже более 15 лет, а у нас нет своего помещения, в котором мы могли бы разобрать вещи, сделать мини-музей, а зимой работать с детьми и молодёжью. Сейчас мы продолжаем базироваться в помещении Центра культуры и досуга, потому что удобны сегодня, а завтра нам опять скажут: «Ребята, вы ж общественники. Идите, снимайте квартиру». Вот и сидим на чемоданах. Обращались в разные инстанции, в этом году так наболело, что до главы города дошли,– вопрос с мёртвой точки так и не сдвинулся.

«Вообще поисковики – альтруисты, экспедиции практически никто не финансирует, если только ты не пишешь гранты».

Но, вопреки всему, мы будем продолжать свою «доброработу». Вообще поисковики – альтруисты, экспедиции практически никто не финансирует, если только ты не пишешь гранты. Вот и складывается не лучшая картинка. Но тем не менее мы держимся и уверены, что когда-нибудь всё изменится и государство повернётся к нам.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых