295

Сколько лет, сколько зим. Климатолог – о том, что ждёт Кольский полуостров

АиФ на Мурмане №44 03/11/2021
Алексей Мкртчян / АиФ на Мурмане

Небесная канцелярия каждый день преподносит сюрпризы: на юге страны прохладное лето сменилось  жаркой осенью, на севере – метели перемежаются оттепелью. Какой зимы ждать?

«Это невозможно предсказать. Следующие 20 зим в Мурманске будут в среднем на 1,5–2 градуса теплее, чем предыдущие 20 зим, но от этого вам ни жарко ни холодно», – с улыбкой даёт прогноз климатолог, лауреат Нобелевской премии мира за распространение научных знаний о проблеме изменения климата, координатор программы Всемирного фонда дикой природы, посвящённой изменению климата, Алексей Кокорин.

«Гольфстрим» ослабевает

Александра Михова, «АиФ-Мурманск»: – В июле в одном из интервью вы заявили, что Санкт-Петербург и Архангельск уйдут под воду. Что же тогда ждёт Кольский полуостров?

Алексей Кокорин: – На самом деле я сказал, что есть малые островные государства, которые затопит в XXI веке. Но в зоне риска и Архангельск, и Санкт-Петербург. Как потом это преобразовалось в то, что эти города уйдут под воду, не знаю. Видимо, нужно быть аккуратнее. После я дал два десятка интервью журналистам, объясняя, что о затоплении наших городов не может быть и речи!

Досье
Алексей Олегович Кокорин. Родился в 1958 году в Москве. С отличием окончил в 1981 году отделение геофизики физического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. Автор более 50 научных работ об экологии, климатологии и физике атмосферы и 120 научно-популярных работ о проблемах изменения климата. В 2007 году был удостоен Нобелевской премии мира за распространение научных знаний о проблеме изменения климата.

Подъём уровня Мирового океана, безусловно, будет продолжаться. Но это, скорее, проблема не ХХI, а XXII века. Можно говорить о подъёме на 1,5 метра, в худшем варианте – на 2,5 метра. Это конечно, не затопление, но довольно серьёзное подтопление. В Мурманске от подъёма воды на 2 метра мало что изменится. Архангелогородцам я говорил: встаньте на набережной Северной Двины – вот этого чудесного пляжа, наверное, не будет. Подтопит подвалы, но с этим вполне можно справиться. Стоит ли это учитывать сегодня? Конечно! Петербургу, в частности, нужно адаптироваться к изменению климата, решать вопрос излишка воды, модернизации ливневых канализаций и подземных сооружений.

Есть страны, которых не будет в ХХII веке, например Мальдивы, куда некоторые наши граждане имели счастье съездить, Карибати, низменные районы в странах Юго-Восточной Азии.

Подъём уровня Мирового океана продолжится. Есть страны, которых не будет в ХХII веке, например Мальдивы, куда некоторые наши граждане имели счастье съездить, Карибати, низменные районы в странах Юго-Восточной Азии. Предположу, что 100 млн человек будут вынуждены покинуть свои дома из-за подтопления. Но к России это имеет очень косвенное отношение и только в ХХII веке.

– Не так давно немецкий климатолог опубликовал исследование, в котором пришёл к выводу, что в ближайшее время океанические течения замедлятся. За 150 лет скорость Гольфстрима уменьшилась на 15 %. Чем это грозит Мурманску, который согревает Гольфстрим?

– Во-первых, мы должны сказать, что до Мурманска доходит «Гольфстрим» (именно в кавычках. – Прим. авт.). Согласно шестому оценочному докладу международной группы экспертов по изменению климата, Гольфстрим питает южную часть северной Атлантики, а дальше – Северо-Атлантическое течение. Но нам привычнее называть его Гольфстримом. Он действительно ослабевает, причина тому – глобальное потепление. Прогнозы говорят, что худший вариант потепления (на 4-5 градусов) приведёт к уменьшению потока воды в Северный Ледовитый океан на 20-30 %, при этом температура воды повышается. Да, поток воды слабеет, но страшилку из этого делать не надо. Что касается, схлопывания в волчок – это пока модельный эксперимент. Когда-то это, конечно, будет, но не здесь и сейчас, а когда через тысячи лет наступит новый ледниковый период. Пока же Европа не замёрзнет.

В Северной Атлантике есть периодические океанские циклы – это факт. Не исключено, что в течение каких-то 10-20 лет на Кольском полуострове будет локальное похолодание. Точно это невозможно предсказать. Но надо понимать, что тогда в следующие 20 лет будет удвоенное потепление.

Каждые три часа на станции в Мурманске, как и во всём мире, проводят метеорологические наблюдения.
Каждые три часа на станции в Мурманске, как и во всём мире, проводят метеорологические наблюдения. Фото: АиФ/ Александра Михова

– В этом году в Мурманске дважды были побиты температурные рекорды: 11 июня было +27 градусов, в то время как в 1936 году был рекорд +26,3 градуса, и 5 июля было +30,9 градуса, прежний рекорд был зафиксирован в 1972 году – +30,8 градуса.

– Рекорды бьются постоянно. Росгидромет каждый год делает карту с жёлтыми (тёплые рекорды) и белыми точками (холодные). Жёлтых точек раза в три больше.

Трамп отыгрался на бедных

– Понятно, что необходимо сокращать выбросы углекислого газа. Но есть ли какая-то точка невозврата, когда делать что-либо будет уже поздно?

– Поскольку мы понимаем, из-за чего всё произошло, то всё не так плохо: нужно к 60-70-м годам прийти к углеродной нейтральности. Необходимо снизить выбросы в 5-6 раз, а остальное компенсировать посадками леса.

Отвечая на ваш вопрос, нет, точки невозврата нет. Но нужно остановиться на двух градусах потепления – это умеренный сценарий, тогда и мерзлота не растает, и Гольфстрим не ослабеет настолько, чтобы вызывать опасения. Наша задача – выиграть время, чтобы природа успела адаптироваться.

Парижское соглашение – соглашение о передаче денег на адаптацию и какое-то низкоуглеродное развитие от наиболее развитых стран самым уязвимым. Получается, Трамп красиво сказал, но отыгрался на самых бедных странах – Латинской Америке и Африке.

– Как вы отреагировали, когда Трамп решил выйти из Парижского соглашения по климату?

– Было, конечно, неприятно, потому что снижать выбросы в США экономически выгодно. После принятия Трампом такого решения выбросы всё равно сокращались, но, может быть, медленнее. Любое решение против здравого смысла и экономики обречено на неудачу. С другой стороны, на что это повлияло? Парижское соглашение – соглашение о передаче денег на адаптацию и какое-то низкоуглеродное развитие от наиболее развитых стран самым уязвимым. Получается, Трамп красиво сказал, но отыгрался на самых бедных странах – Латинской Америке и Африке.

– Сегодня эксперты говорят о новых климатических нормах. Что это такое?

– Нормы бывают двух видов. Один из них – СНИП. Если вы откроете типовой паспорт климатической безопасности региона – и такой есть! – вы увидите длинный список СНИПов. Для чего они нужны? Сегодня фасады зданий страдают от косых дождей и более частых переходов через ноль, это приводит к тому, что штукатурка падает на припаркованные во дворах автомобили. Понятно, что нужно пересматривать нормы ливневой канализации, поскольку осадки выпадают теперь иначе: то же количество воды, но не за 2 часа, а за 20 минут. Ситуацию усугубляет ветер, который срывает ветки и забивает ливнёвку. Нужно настроиться на новое: чтобы все автобусные остановки и деревья выдерживали порывы ветра до 30 м/с, соответственно, заранее, пусть и со слезами, спилить все остальные деревья. Это нормы строительные и нормы жизни, их периодически нужно пересматривать.

Нормальный климат – это точка отсчёта. Всемирная организация определяет её с 1961 по 1990 год. В какой-то мере середина этого диапазона – начало того времени, когда воздействие человека на климат действительно стало сильным. Росгидромет рисует тренды с 1976 года, с таким же успехом можно это делать с 1980-го – просто нужно от чего-то отталкиваться.

В Арктике нет осени

– В одном из интервью вы говорите, что арктической осени не существует. Почему?

– Арктической осени как таковой нет – лето сменяется длинной холодной зимой. Считается, что в арктической зоне холодный период длится с октября по апрель, весна – с мая по июнь и лето – с июля по сентябрь. Минимум льда в сентябре, а после сразу –оп! – и зима.

Если в Москве было жаркое лето, это не означает, что грядёт холодная осень, это означает, что в эти же месяцы где-то в Якутии или Сан-Франциско очень холодно – разбаланс около 20 градусов.

– Слышала, что после жаркого лета в средней полосе неизбежно наступает холодная осень. Это действительно так?

– Закон сохранения энергии никто не отменял, но он применим не к отдельной точке, скажем к Москве или Мурманску, а ко всему земному шару. Если в Москве было жаркое лето, это не означает, что грядёт холодная осень, это означает, что в эти же месяцы где-то в Якутии или Сан-Франциско очень холодно – разбаланс около 20 градусов.

– Мы в Мурманске заметили: если у нас выпал первый снег, то буквально через пару дней его можно ждать в столице. Этому есть логическое объяснение?

– Глобальное потепление и потепление в Арктике привело к тому, что граница между полярной областью и умеренными широтами – 60-й градус – раньше была достаточно жёсткой, с небольшими «волнами» вторжения воздуха с юга или с севера, а теперь волны гораздо больше. В Мурманске почему выпал снег? Пришёл холодный воздух, скажем с северо-востока, логично предположить, что он может дойти и до Москвы, на это ему потребуется как раз 2–3 дня. Физическая основа для этого есть.

– Говорят, в будущем будет происходить ещё больше природных катаклизмов. Как это отразится на Арктике?

– Прежде всего усиливаются опасные метеорологические явления, типичные для этой части земного шара. Жителей Камчатки ждут сильные циклоны, Приморье – восточноазиатский муссон. Северо-Запад России ожидают сильные ветра и метели, аномальные осадки, заморозки, и где-то в конце списка будет жара.

Постепенно к середине века это дойдёт до Москвы, волны жары уже стали происходить там чаще, условно раз в 10 лет.

По прогнозу главной геофизической обсерватории, волны жары постепенно будут идти с юга на север. Сейчас это беда Краснодарского края: при +42 градусах отнюдь не комфортно жить. Постепенно к середине века это дойдёт до Москвы, волны жары уже стали происходить там чаще, условно раз в 10 лет. Это совсем иная жизнь, гораздо более тяжёлая, чем сейчас, ведь вслед за жарой всегда идут болезни. Но дальше Москвы жара не добьёт, на Кольском полуострове будет комфортно.

– И клещей в Мурманске нет. Пока.

– Дойдут! В 70-х годах в Архангельской области никто не знал, что такое клещи, в отличие, кстати, от жителей Вологодчины. Но в 2006 году в Архангельске был пик заболеваемости, врачи не понимали, как диагностировать энцефалит, болезнь Лайма, потом совладали, прививки появились. Боюсь, что и до Мурманска клещи доберутся. Сейчас в России готовят третий оценочный доклад, там такой прогноз будет наверняка.

– Ну и главный вопрос: какой зимы ждать на этот раз?

– Это невозможно предсказать. Сколько-нибудь реальный прогноз дают максимум за две недели. Однозначно можно сказать, что следующие 20 зим в Мурманске будут в среднем на 1,5-2 градуса теплее, чем предыдущие 20 зим, но от этого вам ни тепло ни холодно. Я бы сказал, что главная проблема для Мурманска в том, что холодный период будет превращаться в череду оттепелей и заморозков. Это повлияет и на здоровье людей, и на инфраструктуру, и на транспорт.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах