Примерное время чтения: 6 минут
513

Слой среди своих. Кто в Мурманской области становится новыми русскими

АиФ на Мурмане №5 31/01/2024
Эксперты считают, что в Мурманской области острая нехватка рабочей силы.
Эксперты считают, что в Мурманской области острая нехватка рабочей силы. / Эдуард Кудрявицкий / АиФ

Развитие Севморпути, крупные инвестпроекты, рост турпотока и начало активного строительства на Кольском Севере сделали арктические регионы России привлекательными для мигрантов.

Где сегодня трудятся гастарбайтеры в Мурманской области? И что за предложения выдвигают законотворцы, чтобы рабочие места северян не заняли вновь прибывшие специалисты? Об этом и не только — в материале murmansk.aif.ru.

Трудовые анклавы

Сегодня мигранты активно осваивают Русский Север. Традиционно в Мурманскую область приезжают жители Узбекистана, Таджикистана, Киргизии, Азербайджана. А вот граждан Армении за последние годы поубавилось, говорят эксперты. Совсем немного на Мурмане осталось казахов и молдаван. Раньше за длинным рублём они прибывали как специалисты-вахтовики, среди которых было много квалифицированных электриков, буровиков, строителей. В последние три-четыре года в этот поток влились люди других профессий.

«Мигранты мечтают работать менеджерами, поварами, горничными, посудомойками в так называемой индустрии гостеприимства на Севере, — рассказала murmansk.aif.ru эксперт Госдумы, кандидат гео-графических наук Оксана Толстых. — В большинстве своём эти люди пополняли серый сегмент рынка, создавая конкуренцию местным жителям. Однако сегодня речь идёт о создании настоящих анклавов иностранных граждан, или новоиспечённых россиян, которые формируют рынок труда, вызывают всё новые кадры из-за рубежа в арктические регионы России».

«Наши» мигранты, те, что давно живут в Заполярье, не хотят работать в Белокаменке: там нужно безвылазно жить в общежитиях.

Впрочем, сами представители национально-культурных объединений с этим не согласны.

«У нас острая нехватка рабочей силы как в самом Мурманске, так и в области, — поделилась мнением с murmansk.aif.ru председатель Мурманской областной общественной организации «Мигрант» Фарида Курдашова. — Если раньше тот же «Окей» набирал людей по мере потребности, то сейчас каровые службы этой сети ведут максимально активные поиски потенциальных сотрудников. Прежде такого не было. В «Магнитах» и «Пятёрочках» ситуация схожая. При этом «наши» мигранты, те, что давно живут в Заполярье, не хотят работать в Белокаменке: там нужно безвылазно жить в общежитиях. «Наши» люди все семейные, они на это не пойдут ни при каких обстоятельствах!»

«Жители большой деревни»

На парламентских слушаниях в комитете по делам национальностей Государственной Думы РФ обсудили риски, с которыми может столкнуться экономика страны при устремлении мигрантов в Арктику. Законотворцы приводили в пример страны Западной Европы, которые в связи с перенасыщенностью трудовыми мигрантами переживают самый настоящий культурный кризис.

Россия — страна с одной из самых лояльных к иностранцам миграционной политикой.

«Россия сегодня — это страна с одной из самых лояльных к иностранцам миграционной политикой, — рассказала murmansk.aif.ru эксперт Государственной Думы РФ, кандидат социологических наук Вероника Симонова. — И задача законодателей заключается в том, чтобы защитить страну от внедрения чуждых нам экономических и криминальных моделей существования азиатских или закавказских обществ, которые не в состоянии сохранить свою экономику, поэтому стремятся внедриться в нашу».

В этом году исполняется 10 лет с тех пор, как президент России Владимир Путин подписал федеральный закон, обязывающий трудовых мигрантов сдавать экзамен на знание русского языка. По мнению экспертов, изменения в юридической базе повлияли на положение дел. Жители иностранных государств, собравшиеся в РФ, волей-неволей вынуждены постигать основы русского языка и культуры.

«Я как-то ехала в маршрутке от остановки «Фадеев ручей» до площади Пять Углов. Водитель еле придерживал руль одной рукой, а во второй руке телефон держал, на своём беседовал, — рассказала murmansk.aif.ru мурманчанка Елена Васильева. — Проехав три остановки, я не сдержалась и сказала ему, что вообще-то правила запрещают разговаривать по телефону за рулём, это опасно в конце концов. В ответ услышала утвердительное «да», а сам продолжает в том же духе. Я пригрозила ему, мол, инспектор остановит — и плакали твои права. Он опять отвечает: «Да». Я металлическим голосом говорю: «А ну-ка дайте мне телефон вашей автоколонны», — а он мне вновь: «Да!» — и улыбается как ни в чём не бывало. Тут-то я и осознала, что по-русски он ничего не понимает! Однако это было давно, сегодня, признаться честно, я такого не встречала!»

По словам экспертов, в последние годы уровень русского языка у мигрантов значительно улучшился. Исключение — рабочие на больших строительных объектах региона: в Белокаменке и на Лавне. По словам представителей национально-культурных объединений, которые уже ассимилировались на территории Мурманской области, контингент на крупных производственных площадках разительно отличается от людей, которые приезжают в Кольское Заполярье жить и работать семьями. Впрочем, это касается не только языка.

В Мурманской области эксперты в сфере миграционной политики разделяют приезжих на постоянных и временных. Первые оседают на Севере на долгие годы, здесь они обзаводятся недвижимостью, нередко создают семьи, перевозят в регион жён и детей. Вторые трудятся на крупных стройплощадках вахтовым методом, а затем возвращаются к себе на Родину или уезжают в другое место работы.

Есть и те, кто по 15–20 лет живёт на Севере.

«Они сегодня приехали, а завтра их перекинули на другой объект, — рассказала Фарида Курдашова. — Однако есть и те, кто по 15–20 лет здесь живёт. Сначала, как и большинство, приезжает на заработки, а впоследствии перевозит родню. Примерно 5 % вахтовиков из ста думают, мол, я приехал туда, где меня никто не знает, и начинают вести себя не очень красиво. А мигранты как жители большой деревни: все друг с другом знакомы».

Не совсем мигранты

По словам экспертов, раньше в Мурманскую область приезжали для трудоустройства на рабочие специальности даже люди с хорошим образованием. Имея вузовский диплом и пять лет высшей школы за плечами, они часто устраивались продавцами или шли работать на стройку — так было выгоднее. В последние годы ситуация изменилась. Отчасти это связано с господдержкой узких специалистов, например в здравоохранении. Так, в рамках программ «Земский доктор» и «Земский фельдшер» предусмотрены хорошие выплаты: врачам — по 1 млн рублей, фельдшерам, акушеркам и медсёстрам — по 500 тыс. рублей.

В Североморске и Полярном очень много мигрантов, хотя с точки зрения юриспруденции называть их «мигрантами» совсем не правильно. Это уже россияне!

«В 2015–2016 годах я знала врачей, которые работали на складах «Евророса». Сейчас они потихоньку начинают вспоминать о своей вузовской специальности, — рассказала Фарида Курдашова. — Преподавателей среди мигрантов тоже немало. На госслужбу их, понятное дело, не берут. Однако ситуаций, когда приезжие родители получили гражданство и отправили детей на военную службу, у нас бесчисленное множество! Они уже самые настоящие граждане России. В Североморске и Полярном очень много мигрантов, хотя с точки зрения юриспруденции называть их «мигрантами» совсем не правильно. Это уже россияне!»

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах