Интерес к саамской культуре сегодня огромен: гости Кольского Заполярья хотят увидеть настоящих оленеводов, Сейдозеро, прикоснуться к древним обрядам. Однако чем активнее развивается этнотуризм, тем острее встаёт вопрос: где грань между популяризацией культуры и шоу?
«АиФ–Мурманск» поговорил с Татьяной Сечко — человеком, который 16 лет руководил Ловозерским национальным культурным центром, чтобы разобраться, почему женщин-шаманок у саамов не бывает, куда исчез традиционный костюм и как не потерять здравый смысл в погоне за рублём.
Про шаманов-самозванцев
Александра Михова, «АиФ–Мурманск»: Татьяна, в Кольском Заполярье, да и за пределами региона вас называют хранительницей саамской культуры. Думаю, это весьма ценное звание.
Татьяна Сечко: Признаться честно, я не слышала, чтобы обо мне так говорили! Я себя хранительницей не считаю, потому что многого не знаю, но постоянно учусь, читаю и общаюсь со старожилами села Ловозеро. Моя мама — саами, но на саамском языке в нашей семье не говорили, я была обычным советским ребёнком, пионером, к традиционному образу жизни меня не привлекали, кроме сбора ягод и грибов. Даже на рыбалку не брали, пришлось навёрстывать уже во взрослом возрасте! (Смеётся.) Это сейчас я обожаю рыбалку, ловлю налима, сига, окуня, заготавливаю их себе, родителям и пожилым соседкам, которые на свою пенсию не могут купить рыбу. Хотя, конечно, с детства я находилась в саамской культуре: танцевала в ансамбле, пела и стихи читала на саамском языке, но не задумывалась о том, что это моё, какие у меня корни. Это всё имело накопительный эффект и выстрелило, когда я пришла работать в Ловозерский национальный культурный центр. Появилось желание поехать в тундру, начать учить саамский язык, костюм надеть и сознательно петь на родном языке. Слава богу, сегодня таких людей среди саамов немало. Как раз многие из них могли бы носить титул хранителя саамской культуры и традиций. Надеюсь, лет через 20 я тоже до него дорасту!
— Сегодня в обществе есть интерес к национальной культуре?
— Мы сегодня наблюдаем всплеск интереса к национальной культуре. Думаю, особую роль в этом сыграла политика нашего государства, а также развитие туризма, в том числе внутреннего. Саамская культура — культура коренного народа Севера, поэтому она, бесспорно, интересна гостям Кольского Заполярья.
— А нет ли в этом коммерциализации культуры, когда традиционные ремёсла и обряды превращаются в шоу для туристов? Где проходит та грань между популяризацией и сохранением аутентичности?
— Сегодня это болезненный вопрос для саамской культуры. Однако с этим сталкиваются все коренные народы России, с представителями которых я активно общаюсь. Да, к сожалению, чтобы получить доход, коммерсанты не брезгуют ничем: берут всё самое яркое, чтобы привлечь внимание! Например, эксплуатируют тему шаманизма, о которой саамы вообще стараются не говорить: для нас это сакральная история, а не турпродукт! Появляются люди, которые называют себя саамскими шаманами. Порой это женщины, хотя у саамов шаманы — мужчины. Есть, правда, одна легенда про путешествие белой шаманки. По преданию, во время сильного падежа оленей, когда животные уходили с саамских земель, все мужчины пошли их искать, тогда роль шамана взяла на себя жена шамана, ведь погост не должен был оставаться без лекаря, она же помогла мужчинам найти дорогу домой. Это единственная история, мне кажется.
Сегодня же всё это очень смешно и нелепо, но в будущем может стать большой проблемой, потому что зачастую эти самозванцы выглядят как нездоровые люди, не хотелось бы, чтобы гости имели такие представления о саамах. Слава богу, мы не молчим! Я часто выступаю по этому поводу на разных площадках, даже в Москве на выставке «Сокровища Севера».
— Знаю, что нередко возникают печальные истории с саамскими костюмами, когда за ваш национальный наряд выдают что-то несусветное.
— Совершенно верно, туроператоры берут непонятные малицы или сценические наряды и выдают их за традиционный костюм малочисленного коренного народа саами. Нередко путают не только женский и девичий костюмы, но и женский с мужским: рядят женщин в мужские костюмы, а мужчин — в женские. У меня это вызывает возмущение. Мы делаем замечания, но мало кто из предпринимателей правильно на них реагирует. А ведь мы готовы помочь, рассказать и показать, но в ответ слышим: «Не нравится — не смотрите! Мы деньги зарабатываем, это наша работа».
Насколько я знаю, у регионального Минкультуры совместно с саамскими общественными организациями был проект создания методических рекомендаций по национальному компоненту. К сожалению, мои пожелания туда не включили: возможно, они не дошли до нужного человека. Я как раз просила добавить требования к традиционному костюму, чтобы шамшуру (женский головной убор) не называли «саамской короной», а также правила посещения сакральных мест, например Сейдозера. Саамы-старожилы говорят, что там нельзя мусорить и громко кричать. Всё это нетрудно запомнить и соблюдать!
— Если бы у вас была возможность построить идеальный туристический маршрут по Ловозеру, что бы вы в него обязательно включили?
— Я бы первым делом привела гостей в национальный культурный центр, потому что только там могут деликатно и достоверно рассказать о саамской культуре. Там работают эксперты по языку, традициям, национальным видам спорта и праздникам. Кроме того, обязательно нужно посетить музей с уникальной экспозицией, посвящённой культуре и быту саамов, и северный национальный колледж, где готовят будущих оленеводов.
Плохо, что в Ловозере нет национального кафе, у туристов есть такой запрос. Почему-то никто не хочет за это браться!
— А чем бы вы накормили гостей?
— Зачастую туристы не ждут высокую кухню, люди мечтают попробовать то, что едят местные жители. В саамской кухне достаточно простых блюд, чтобы удовлетворить их интерес. Например, салат «Нюввт»: он готовится из отварной солёной рыбы (кумжи, сёмги) и морошки. Кислота морошки — это моя любимая с детства ягода — обостряет вкус рыбы, очень интересное сочетание. Мы дома его часто готовим! Кроме того, гостей обязательно нужно накормить питательным оленьим бульоном с замороженной вороникой. Я думаю, в меню национального кафе могут быть и новые блюда, приготовленные с учётом традиций саамов.
Свадьба на ВДНХ
— Татьяна, вы нередко представляете саамскую культуру в других регионах и странах. Даже свадьбу с мужем сыграли на ВДНХ в 2024 году! Часто её вспоминаете?
— В 2010 году саамские боги свели меня с кочующим фестивалем «Манящие миры. Этническая Россия», который проводится уже более 20 лет. Это хороший инструмент для популяризации саамской культуры, потому что не все могут к нам приехать и познакомиться с коренным народом Севера. По замыслу организаторов, фестиваль не ездит дважды в один регион, но в Ловозеро по моей просьбе приехали повторно, и два раза мы были на Алтае. После фестиваля люди из других регионов приезжают к нам — настолько мы их заинтересовывали! Значит, всё не зря!
А свадьбу, конечно, вспоминаем! Если для меня это было торжественное событие при большом внимании людей и СМИ, что вполне привычно для моей работы, то для моего не искушённого таким вниманием мужа это до сих пор как яркий фонтан! К нам был невероятный интерес на ВДНХ: пока мы шли в национальных костюмах (а муж у меня коми-ижемец), нас останавливали, говорили, какие мы красивые, хотя мы уже немолодые люди! Наша свадьба прошла в окружении друзей кочующего фестиваля, которые приехали с Ямала и Камчатки. Мы, наверное, потом ещё год получали поздравления! Не так давно на озере во время рыбалки мужчина мне говорит: «Я вас где-то видел!» Оказалось, в интернете смотрел видео про свадьбы на ВДНХ.
Знаете, это же всё получилось совсем случайно. Мы планировали скромно пожениться: всё-таки у нас уже возраст 50+, не до пышных торжеств. А потом мне позвонили с вопросом: может, кто-то в Ловозере планирует свадьбу? Я ответила: мы планируем. И мне предложили поучаствовать в этом проекте. Я сразу сказала: не-не-не! Мне в ответ: спросите у мужа. Была уверена, что он ни за что не согласится! Но я же честная — звоню. Игорь в этот момент сидит на опоре, крутит провода, он у меня электромонтёр. Рассказываю — а он говорит: давай!
— До недавнего момента вы руководили национальным центром, возглавляете общину. Как всё это вам удаётся совмещать с семьей?
— Просто я всё это люблю! Мне несложно, потому что я всё это делаю с удовольствием!
— Если говорить о Ловозере и будущем саамской культуры, есть ли что-то, что вас беспокоит сегодня?
— Есть! Были опасения, что закроют уникальный Ловозерский национальный культурный центр, тогда бы все наши усилия сохранить саамскую культуру сошли на нет. Там работают не просто опытные специалисты, это носители культуры с рождения. Легко потерять людей, а найти будет непросто, да и учить молодёжь будет некому. А какие саамские игры центр проводит! Это аутентично и зрелищно! Я 16 лет готовила День оленевода — это презентация саамской культуры. Всё это очень легко испортить, понимаете? Например, национальные виды спорта у нас судят только саами, ведь только они могут сказать, как следует правильно кидать аркан, как держать арбалет, как прыгать через нарты. Во время оленьих гонок я всегда переживаю: это очень непредсказуемо и травмоопасно!
— Был ли в вашей жизни момент, когда хотелось всё бросить и уехать?
— Честно? Нет! Никогда я даже не думала об этом. Конечно, в своё время мне предлагали уехать в Норвегию, на Камчатку, я очень люблю Калининград, Алтай, Сахалин. Но уехать с Кольского Севера не могу: без своего озера уже через месяц я начну задыхаться! В детстве, когда мы возвращались из отпуска, а вдали виднелось Ловозеро, в груди прямо щемило от счастья, что мы дома. Это чувство со мной до сих пор.