Больше 20 лет назад Алексей Гоман вышел на сцену «Народного артиста» и стал любимцем всей страны. Сегодня он не мелькает в скандальной хронике, не гоняется за хайпом, а просто делает своё дело — поёт.
В эксклюзивном интервью «АиФ–Мурманск» Алексей рассказал о жизни после развода и о том, как привык снимать стресс.
«Я обычный холостяк!»
Александра Михова, «АиФ–Мурманск»: Алексей, в последние годы вы редко участвуете в телепроектах, но недавно вместе с бывшей супругой Марией Зайцевой в эфире федерального телеканала исполнили юмористический «Гимн разводу». Сложно ли было научиться смеяться над ситуацией?
Алексей Гоман: Мы с Машей давно разобрались в наших отношениях, у нас нет обид — только уважение и человеческая любовь. Именно поэтому мы легко согласились поучаствовать в телешоу. Нам было самим смешно записывать эту песню! Пока мы были вместе — не эксплуатировали личную жизнь, а вот когда развелись — решили попробовать! (Смеётся.)
— Здорово, когда удаётся и после развода сохранить тёплые отношения. Что для вас значит семья сегодня?
— Семья — это в первую очередь когда любимые люди рядом. Несмотря на развод, я считаю Машу своей семьёй, она для меня осталась близкой и родной. Уже двенадцать лет я живу один, мне так комфортно, даже не представляю, как в моей квартире будет жить кто-то ещё! (Смеётся.) Пока не очень понимаю, будет ли у меня семья в будущем. Я обычный холостяк!
«Мне важно донести человеческие парадигмы до дочери: не делать зла, не идти по головам, уважать мнение людей, при этом не давать себя в обиду и уметь отстоять свои интересы».
— Вы воспитываете дочь. Сложно ли договариваться с подростком? Ершистость характера успели почувствовать?
— Конечно! Ершистость максимальная! Недавно, когда я ей рассказывал какие-то важные философские вещи про жизнь, она мне заявила: «Папа, когда ты стал таким душным?» Я ответил: «Ещё до твоего рождения!» На самом деле я понимаю, насколько ей самой сложно из-за буйства гормонов. Ничего, поможем девочке. Мне важно донести человеческие парадигмы до дочери: не делать зла, не идти по головам, уважать мнение людей, при этом не давать себя в обиду и уметь отстоять свои интересы. Меня родители также учили и говорили: жизнь твоя, ты сам принимаешь решения, но если будет сложно, то всегда обращайся. Я очень хочу, чтобы она понимала, что родители — не церберы, а хотят ей помочь и жизни за неё отдадут, если это будет нужно. Радует, что Сандра нас любит и понимает, когда перегибает палку. На её примере я понял: очень многое могу простить человеку, которого люблю.
— Вы родились в Мурманске, общаетесь с кем-то в родном городе?
— У меня в Мурманске почти никого не осталось, кроме тёти с дядей — родителей моих двоюродных братьев. Навещаю их, если получается. Приезжая в родной город, стараюсь бывать на могилах родителей, но в этот раз, наверное, не успею. Каких-то ностальгических прогулок по Мурманску я не устраиваю.
— Как часто вы общаетесь с родным братом?
— С Женькой, конечно, общаемся. Это же мой родной старший брат, моя семья. Не так часто, как раньше, в основном сообщениями, но когда созваниваемся, то разговариваем долго и увлечённо. Люблю его очень.
— Мы сегодня живём в очень непростое время. Как вы справляетесь со стрессом?
— Я играю в компьютерные игры. Это чистой воды эскапизм — попытка убежать из реальной жизни. Мне нравятся игры со смыслом, с хорошей историей и механикой. Это как книга, которая поглощает настолько, что ты забываешь обо всём. Захватывающая компьютерная игра — своего рода творчество и искусство. Сегодня много хороших российских разработчиков, наши ребята делают классный продукт.
Кроме того, мне со стрессом помогает справляться и сочинение песен, и рисунки красками на холстах. Творчество умеет спасти от тяжести мыслей.
«Просто светить лицом — не моё»
— Вообще участие в телешоу стало для вас очень удачным, «Народный артист» имел оглушительный успех. Но потом вы как будто отошли в сторону. Почему?
— Первые три года после победы в «Народном артисте» продюсер был очень активным, а потом, видимо, ему стало скучно. Эфиров становилось всё меньше и меньше. Я работал живьём, давал концерты, ездил на гастроли — этим и жил. Возможно, для людей я пропадал, но на самом деле активно работал. Телевидение — это приятная необходимость, чтобы зритель пришёл на концерт. Однако в какой-то момент меня стали звать на телевидение, чтобы готовить салаты, а я же певец, а не повар. Или ещё на ток-шоу, где надо сидеть и обсуждать проблемы какой-нибудь семьи. Мне это вообще не близко, поэтому я отказывался и, соответственно, пропал с экранов. Просто светить лицом — это не моё, хочется идти в программу со смыслом.
— Алексей, с кем из артистов прошлого и настоящего вы бы хотели записать дуэт?
— Я не очень люблю дуэты, мне больше нравится одному выступать. Если помечтать, то спел бы с Анной Герман, Эдуардом Хилем, Иосифом Кобзоном: это великие люди. А из современных исполнителей — с Тосей Чайкиной, Андреем Катиковым, группа Zoloto, Сироткиным.
— Около 15 лет назад вы записали дуэт с Надеждой Кадышевой. Как думаете, в чём секрет её взрывной популярности у молодёжи сегодня?
— Все поколения рано или поздно возвращаются к прошлому и находят что-то интересное. В своё время и «мистер Трололо» Эдуард Хиль покорил молодых интернет-пользователей со всего мира. Для меня в этом нет ничего необычного. Надежда Кадышева пишет прекрасные песни, стилизованные под русские народные. Это, конечно, не фольклор, но такие песни никто, кроме неё, не сочиняет. Классно, что к ней потянулась молодёжь! В этом есть какой-то вайб!
«Русский парень» уже 20 лет звучит, он и в мирное время был востребован, а сейчас — особенно, к нему совсем другое отношение.
— Возможно, и «Русского парня» когда-нибудь ждёт похожий успех у молодёжи!
— «Русский парень» уже 20 лет звучит, он и в мирное время был востребован, а сейчас — особенно, к нему совсем другое отношение. Время покажет, как будет дальше. Жить мечтами не очень хочется — лучше делами.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
