Примерное время чтения: 8 минут
114

Заглянуть за край земли. Какие виды птиц обитают на Кольском полуострове?

АиФ на Мурмане №43 26/10/2022

В советские годы учёные называли Кольский полуостров краем непуганых птиц. Сегодня, наверное, у нас уже и не осталось таких мест, где не ступала бы нога человека. Однако уникальные заповедные уголки всё же сохранились.

«Непуганые птицы остались разве что на востоке, в тундре. Бывает, идёшь по таким местам и думаешь: уж тут-то точно человек не бывал, а потом — бац! — и пластиковая бутылка или консервная банка попадается. Я думаю, на Кольском полуострове не осталось неисхоженных мест, особенно зимой на снегоходах всё давно объездили», — признался в интервью «АиФ–Мурманск» начальник орнитологической экспедиции, заведующий сектором природы края Мурманского областного краеведческого музея Алексей Большаков.

Возвращение в поля

Александра Михова, «АиФ–Мурманск»: — Алексей, я с удивлением узнала, что около 30 лет музей вообще не проводил исследовательские экспедиции. Почему?

Алексей Большаков: — Совершенно верно, начиная с конца 80-х и вплоть до 2015 года экспедиции не проводились — не было финансирования.

«Музей закупил лодку, оборудование, квадрокоптер, фотоаппарат, объективы — всё благодаря проекту «Интерактивная карта Мурманской области».

Получается, сейчас с финансированием стало лучше?

— Да, сейчас получше. И коллектив у нас интересный подобрался, поначалу на энтузиазме работали в полях: нам выделяли только на тушёнку 2 тыс. рублей, и мы отправлялись в экспедицию. Сегодня музей закупил лодку, оборудование, квадрокоптер, фотоаппарат, объективы — всё благодаря проекту «Интерактивная карта Мурманской области», над которым мы сейчас работаем. Это будет карта с основными туристическими объектами и достопримечательностями Кольского полуострова — около 300-400 точек надо будет нанести. В первую очередь это интернет-проект, но хотелось бы ещё установить интерактивные столы в музеях региона, чтобы дети могли всё потрогать. Саму карту мы завершим уже в 2023 году, но наполнять её можно будет и потом.

Досье
Алексей Большаков. Родился в 1983 году в Мурманске. Окончил Мурманский педагогический институт по специальности «учитель биологии». С 2007 года работает в Мурманском областном краеведческом музее. Более 10 лет сотрудничал с заповедником «Пасвик». Один из основателей проекта «Птицы Мурмана». Автор свыше 30 научных статей.

За это лето вы изучили центральные районы Кольского полуострова. Как изменилась природа за то время, что вы снова работаете в полях?

— Все восемь сезонов мы старались побывать в разных уголках Кольского полуострова. Вот только на Рыбачий возвращались неоднократно: количество туристов там заметно выросло. Много любителей пофотографировать птичьи базары, а это приводит к сокращению популяций, некоторые колонии вообще исчезли, например бакланы на мысе Шарапов. Фактор беспокойства увеличился, это не может не сказываться на природе. На мой взгляд, нужно ограничивать посещение этих мест в мае — июне, пока птицы гнездятся. Пусть туристы приезжают в июле-августе.

Были ли какие-то сложности во время экспедиций?

— Основные сложности на Севере связаны с погодой. Однажды на подходе к Рыба­чьему попали в шторм, лодку подбрасывало так, что мы на несколько секунд зависали в воздухе. Пока выгружались, все вымокли.

Залётные гости

Остров Кильдин — одно из самых таинственных мест. Чем запомнились полевые работы там?

— На Кильдине мы были всего неделю. Это была орнитологическая экспедиция, мы исследовали птиц, знакомились с теми, ктотам обитает. Пытались сделать интересные снимки. Например, сфотографировали выветренные «камни-сундуки», озеро Могильное, сходили к маякам, поснимали гнёзда поморника, гуся-гуменника, серебристой чайки, гаги.

Меня поразило количество диких гусей на острове. На каждом километре можно найти 2-3 гнезда гуменника. Это достаточно большая концентрация. В следующем году обязательно вернёмся и посмотрим, что изменилось.

Так выглядит птенец серебристой чайки.
Так выглядит птенец серебристой чайки. Фото: Мурманский областной краеведческий музей

Как долго готовится экспедиция?

— За год где-то планируем, какими маршрутами пройдём следующим летом. Например, в этом сезоне побывали в Палкиной Губе, там очень интересные биотопы — кулики, журавли, выводок вяхирей, поэтому хочется их изучить подробнее.

Знаю, что вы побывали и в Ловозерье. Что там уникального удалось обнаружить?

— Там мы проложили сеть маршрутов протяжённостью почти 100 км. Помимо исследовательской деятельности, мы пополняли фонды музея: яйцо кукушки, наконец, появилось в коллекции. Ходили по болотам, вдоль рек и нашли крупную колонию малой чайки, которая не так давно у нас появилась — в 90-е годы начала залетать. Прежде мы встречали её под Мурманском, но потом она улетела. Нужно изучать чайку, чтобы понять, закрепится она в области или нет.

Вообще, это долгосрочный проект, результатом которого должна стать публикация атласа-определителя птиц Мурманской области с фотографиями. Сбор материалов идёт уже около 10 лет, ещё парочка — и, надеюсь, выпустим его.

Какие удивительные виды птиц обитают в Мурманске?

— На днях меня коллеги попросили помочь, рассказать, кто встречается в районе памятника «Алёша». Я насчитал 56 видов птиц! Например, два вида гаги, мы их и не замечаем, а их сотенные стаи под Кольским мостом каждый год плавают. Пролетают журавли, лебеди, залетают совы, гнездятся в городе дербники, зимуют ястребы-тетеревятники, ястребы-перепелятники, есть две колонии ласточек-береговушек. Это всё в окрестностях Зелёного мыса и на берегу Семёновского озера.

Кто бы мог подумать, даже ласточки встречаются! Скажите, а когда вы начали увлекаться изучением птиц?

— В советское время все любили коллекционировать. Я с семи лет начал собирать птичьи яйца. Наверное, видов 80 набрал. Поначалу, конечно, были утка и чайка, а потом оказалось, что только уток 30 видов и чаек — 20. Пришлось всё это изучать, а потом хобби переросло в профессию. Около 20 лет я мечтал найти гнездо оляпки, обнаружил его лет пять назад, а потом встречал каждый год по 5-6 штук! До сих пор ещё не нашёл гнездо совы, дятла, надеюсь обнаружить. Бывает, найдёшь, а там уже птенцы — опоздал, значит.

«С 2007 года я занимаюсь кольцеванием птиц в Мурманске. Однажды на остановке Карла Либкнехта окольцевал птенца дрозда, а через год его съели в ресторане Франции — там они считаются деликатесом».

С 2007 года я занимаюсь кольцеванием птиц в Мурманске. Однажды на остановке Карла Либкнехта окольцевал птенца дрозда, а через год его съели в ресторане Франции — там они считаются деликатесом. В окрестностях города мы много кольцевали чаек, география возвратов очень большая — Франция, Германия, Польша.

Ближе к хантам

Правда, что на реке Воронье открыто пять первобытных стоянок — от мезолита до бронзового века? Знаю, что вы и там успели этим летом поработать.

— Помимо орнитологической экспедиции, мы проводили ещё и археологическую, этим занимается мой коллега — первый мурманский археолог Георгий Дзенисов. В 70-е годы на Вороньей вели раскопки карельские учёные, были обнаружены древние стоянки, какие-то из них были в те времена затоплены. Однако часть памятников сохранилась, и сегодня можно продолжить их изучение. Кроме того, в тех же местах, которые считались затопленными, было обнаружено ещё пять новых стоянок. Предварительно они датируются различными периодами – от раннего мезолита до эпохи бронзы. Сейчас пока были разведочные шурфы, мы обнаружили орудия труда и обломки кварца, для полного изучения нужен широкий раскоп.

«Есть ещё несколько обнаруженных памятников, например на озере Поповском в селе Ловозеро. Это излюбленное место отдыха северян, там проводят саамские праздники».

Вы бы хотели, чтобы в этих местах шли большие раскопки, или нужно всё оставить как есть?

— На Вороньей можно было бы и не трогать ничего, с моей точки зрения. Однако у нас есть ещё несколько обнаруженных памятников, например на озере Поповском в селе Ловозеро. Это излюбленное место отдыха северян, там проводят саамские праздники. Кроме того, из-за паводка берег постепенно обрушается. Вот там необходимо проводить раскопки на широ­кой площади, чтобы узнать, что происходило в древности.

Большинство стоянок на Поповском озере представляет собой смешанные комплексы – от раннего неолита до бронзы. Несколько интересных находок мы там уже обнаружили. Даже по осколку горшка, его структуре, узору можно установить, какое это было время, чем занимались древние люди.

А можно ли что-то сказать о народности древних людей? Кто это были, саамы?

— Такие подробности можно узнать из находок погребений, которые у нас есть на Оленьем острове. В 2012 году был сделан анализ ДНК, который показал, что они ближе всего к хантам и манси.

Какая дальнейшая судьба тех находок, что вы обнаружили во время экспедиции?

— Мы обязаны сдать их в музей, они становятся экспонатами. К нам приезжают коллеги из Кольской археологической экспедиции, учёные-трасологи рассматривают орудия в микроскопы. От них мы и узнаём о датировке, сравниваем находки с уже имеющимися аналогами.

«В 12 км от села в горах находится озеро Светлое. В нём прозрачная вода, в которой обитает палия (красная рыба из семейства лососевых). Там невероятно красиво!»

Есть у вас любимое место на Кольском полуострове?

— Есть, в Ловозерье. В 12 км от села в горах находится озеро Светлое. В нём прозрачная вода, в которой обитает палия (красная рыба из семейства лососевых). Там невероятно красиво! В штиль кажется, что дождь идёт: ры­ба играет, и по озеру расходятся круги. Рядом отвесная скала. Из озера течёт ручей, который впадает в реку Светлую с чистейшей водой. Пока я жил в Ловозере, мы ходили туда и зимой и летом. 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно